Category: история

«сословное государство» Кордонского

Оригинал взят у soz_data_ccount в «сословное государство» Кордонского

  Что касается «сословного государства» Симона Кордонского. Хочу ещё раз повторить, что все наши основные ошибки из-за допущения системности сраной. Системность сраной неочевидна и требует отдельного доказательства. А это – пока что – всего лишь среда (среда обитания), состоящая из элементов, а не компонентов, а потому и сословия, как некие континуальные статусные гуманитарные множества, здесь в принципе невозможны.

Среда в процессе собственного становления есть режим, который, в свою очередь подвержен настройкам. Точнее, это некие пакеты настроек, представляющие собой те или иные карго-модели, активируемые перманентным карго-ритуалом «власть» руками её жрецов, актуальными на данной момент, - они же «верхние». Никакой тут системной «естественности» нет, поскольку само образование «Россия» изначально искусственное и несуверенное, - отсюда и карго-культ, как единственный способ «магического» управления, позволяющий скрыть внешнее происхождение кодов к этим настройкам.

Комменты здесь

Collapse )

счетчик посещений


"Русская альтернатива": подлинная и фальшивая

Оригинал взят у ugunskrusts83 в "Русская альтернатива": подлинная и фальшивая
С чьей-то лёгкой руки разношёрстный сброд, орудующий сейчас на Донбассе в рамках совсем не русской «Русской весны», поименован «альтернативной Россией». Якобы эта «альтернативная» Россия, окрашенная в ядовитую помесь из красной и коричневой красок, сейчас стремится взять реванш за поражение в 1993-ем. Следовало бы задаться правомерным вопросом: почему реванш берётся не у преемника Ельцина, а у Украины, которая в событиях октября 1993-го уж точно не повинна. Но давайте опустим это. Нас должно интересовать иное: можно ли вообще назвать красно-коричневую субстанцию Новороссии «другой», «альтернативной» Россией?

Оставив за скобками поддержку донбасских «ополченцев» со стороны Кремля, определимся лучше с нашим пониманием «альтернативности». В чём выражаешься ты, Русская Альтернатива? В пьяном гомоне озверелых советских неандертальцев? В спешной – словно соитие совершалось на помойке бомжами – случке большевицких символов с белогвардейскими? В гнилозубых «патриотах», матерящихся через слово? Или всё же в чём-то другом, холодном и тайном?...

Достаточно лишь беглого знакомства с русской цивилизацией, чтобы понять: выплеснутый на Юго-Восток Украины красно-коричневый гной не является «альтернативной Россией». Можно было бы добавить, что ни боевики Гиркина, ни их противоречивые антагонисты-покровители из Кремля вообще не являются Россией – всё равно, «альтернативной» или «мейнстримовой». Тем не менее, оскорбительный знак равенства между Россией и анти-Россией настолько приелся, что в целях удобства изложения – по крайней мере там, где без этого не обойтись – мы будем говорить о «других русских» и «Другой России». Говорить и надеяться, что рано или поздно, эта белая русская «инаковость» затмит «нормативную» советско-«русскую» фальшь и станет единственной запротоколированной версией русскости.

Красно-коричневый синтез с его пустоцветами «православного сталинизма» и «советского единонеделимства» (все мутации перечислять не будем) родился из чрева перестроечной глупости, когда люди, законченные в своём советском антропологическом типе, впервые познакомились с Бердяевым, Сионскими Протоколами и Белой Гвардией. Нельзя стать русским, заучив годы правления всех русских царей или одев белогвардейскую униформу. Русская нация, загнанная в подполье, чисто физически не могла взять мутации совков под свой контроль, а эмиграция, потрёпанная второй мировой войной, не влияла на происходящие в СССР-РФ перемены. Между тем, отказ советско-российского государства от тоталитарных средств принуждения вместо ожидаемой стихийной русификации советских людей привёл к столь же стихийной советизации русского наследия. Последнее пересматривалось в соответствии с нуждами территориально сократившейся, но так и не умершей большевистской цивилизации. Элегантные политические формулы дореволюционных «черносотенцев» деформировались в потешное жидоедство. Николай II из сознательно пошедшей на смерть царственной жертвы превращался в «царя-тряпку» («тряпичность» царя-мученика выглядела в глаза профанов скорее плюсом, чем минусом). Белые воины с их национал-революционным пафосом приобретали слезливо-фаталистичный ореол «заложников чести» с усами, портсигарами и револьверами.

В октябре 1993 года схлестнулись два облика одной и той же страны. Монголоидный (то ли из-за туранской примеси, то ли вследствие ДЦП) уроженец села Бутка, вопреки либеральному имиджу, олицетворял какой-никакой, но авторитаризм в его нехаризматичной и кислой позднесоветской версии. Ведомая Хасбулатовым и Руцким чернь с виду представляла собой «русский бунт», но в реальности была стадом безынициативных дегенератов. Будь то октябрь 1993-го или «Русская весна», всюду мы видим один и тот же народ, больше похожий на беззубую старуху, выкрикивающую матюки в состоянии алкогольного опьянения. Душа этого народа – потёмки. Причём пастухи этого народа хотят, чтобы и мы, русские, считали свою душу такими же потёмками – ведь именно на смешение русского с советским работает сейчас идеологема «загадочной русской души».

Наша злая насмешка в том, что нет в мире такого народа, который бы разобрался в закоулках своей души лучше, чем белые русские. «Темнота», которая в «почвенническом» дискурсе преподносится достоинством «русской (?) души», с омерзением нами отвергается. Нет уж, мы знаем кто мы такие: разбросанные по руинам своего перемолотого Отечества остатки русской нации. Кто наш враг мы тоже знаем: большевицкая цивилизация. По-моему, этих двух вопросов – «кто мы» и «кто враг» – вполне достаточно для нормального функционирования национального организма White Russians.

Свыше 20 лет прошло с осени 1993-го. Все эти 20 лет активисты «национально-патриотического движения» шатались между концертом Харчикова и подворотней. Огонь в глазах этой сиволапой псевдо-России загорался только при упоминании ненавистной «Америки» и «жидов». Вероятно, упоминание «красновцев» и «власовцев» разгневало бы красно-коричневых не меньше, а то и больше абстрактного «жидомасонства». Но как бы то ни было, весной 2014-го эта масса была силком выведена из запоя и натравлена на «бандеровцев». Даже намёк на «альтернативу» должен быть исключён: грезивший Евразией красно-коричневый ублюдок самой историей был обречён на подчинение тем, кто не грезил, а методично конструировал Красную Орду.

Не является «другой Россией» и леволиберальная оппозиция. Названием лимоновского движения «Другая Россия» никого не обманешь. В чём-то интересные проекты национал-демократов Широпаева так же не представляют той России, которая бы смогла на равных потягаться с «Россией» путинской.

Русская история – это не советское попурри, украшенное романовскими и красными знамёнами, но и не либеральный чистый лист. Мы имеем своих героев и свои памятные даты. Свой нациогенез и свои субэтносы. Свою националистическую веру и свой культурный код. Свои нормативно-правовые акты и свою поэзию. Только дайте нам слово на мировой трибуне и большевистский дьявол в исступлении сбросит свою «имперскую» маску и, показав всем свой подлинный лик, будет прикончен нами, «другими», белыми, настоящими русскими.

Никола Королёв - раз и навсегда об Украинской революции.

Оригинал взят у shust50 в Никола Королёв - раз и навсегда об Украинской революции.
Многие правые на волне патриотической истерии интересуются, - почему я поддерживаю «русофобов» и «любителей ваххабитов», т.е. «Правый Сектор»?


Ответствую: Кончайте смотреть зомбоящик и верить советской пропаганде! Во- первых, наша задача – не допустить братоубийственной войны. Этого можно добиться лишь понимая и уважая украинский народ и их революцию (а не так как ультра-патриот РФ еврей Жириновский, требовать разорвать младую Украину на части и раздать Венгрии, Польше, России и Белоруссии!).

Во-вторых, в условиях развязывания мировой сатанократией глобального конфликта для достижения окончательного владычества над миром, наша задача – всемерно содействовать переводу его (не важно, в экономической, информационной или силовой фазе) в конфликт между Западной жидо-масонской и Восточной евразийско-советской империями. Это позволит консолидировать силы остатка нормативного человечества по всему свету, инициировать вселенскую Правую консервативную революцию и освободить народы из под иудейского финансового ига. Украинский «Правый Сектор» с этой задачей пока блестяще справляется.

В-третьих, мы должны защитить Русское, этнически Белое население повсеместно, и в Украине, в том числе. Еще никогда в новейшей истории русские так не «объединялись» и не выказывали столько «патриотического» рвения… Пропагандистский облик «врага» (в лице НАТО, или «Правого Сектора») работает, как всегда, на сокрытие врага настоящего…

Но, хочу подчеркнуть, - жизнь, мнения и действия обывателей - «ватников» и «общечеловеков» для нас не столь важны как жизнь, мнения и действия наших братьев не только по крови, но и по духу. Я говорю об ультра-правых, будь то украинцы, русские или латыши.

Ну и в-четвертых, - украинцы и русские один народ – Русичи, Русы и «Киев – отец городов русских». Но при чем здесь РФ? Не наша ли общая родина - Украина а, русские? Уважайте украинских соратников у них теперь есть Родина. И они существуют как народ. А мы? И где наша Родина, друзья?

Начинается новая эра. Мир изменяется. И нам, русским, необходимо [_ ] во всех своих городах статуи кровавого сифилитика – Ленина, [_] мавзолей и переименовать наши улицы из Войковских и прочих «чекистов - большевиков», в улицы имени Ермолова, Петра Краснова и Родзаевского. И если мы хотим называть себя русскими и свободными, то [_] на место своих мусоров и гебню. А Украинским Братьям нужно наконец то обратить свой взор на настоящих русских и понять то, что гигантский потенциал и ресурсы превратили бы Союз Украины и национальной России в нерушимый 4 Рейх.

Теперь к эпохальным вопросам: эра наций и национальных государств – кончается. И если античную эпоху называли (в терминологии Маркса) рабовладельческой, а средневековую – феодальной, то ныне мы переживаем эпоху глобального полицейского строя. Блеснувший на мировой политической арене в первой половине XX-го столетия германский национальный социализм с идеей Сверхчеловека, казалось вновь пробудил в обезверившемся апостасийном мире вкус к утраченной Жизни. Европа вставала с колен, отряхивая с себя дурманящий морок марксизма, но… крестовый поход в логово большевизма задохнулся в смрадном мареве трупного яда, истекающего от развращенных большевизмом и духовно убитых им европейских народов.

Многие современные государства мира ныне состоят (в основном) не из легитимного населения - наций, а из разношерстных не белых иммигрантов - хамитов. Сегодня в Украине произошел исторический прецедент перехода от полицейского типа государственности к подлинному народоправству: впервые за много десятилетий советской вакханалии министров избирают на площадях (на Майдане) «всем миром», а функции полиции перешли к вооруженному народу.

Я далек от идеализации революционной ситуации в Украине, её закулисные режиссеры, ритуально пролившие кровь на киевском Майдане, преследовали иные, по-прежнему антинародные, олигархические цели. Они не брали в расчет «стихийно» родившийся на Майдане «Правый Сектор», способный, однако, изменить тенденции Украинской революции в национально – социальном контексте и укрепить её дух в наднациональном (а не космополитическом), подлинно Сверхчеловеческом устремлении.

Вот почему я люблю « русофобов», «бандеровцев» и «друзей ваххабитов». А вы, «друзья», можете отставаться в вашем совке и кричать: « Ленин, Сталин, комсомол!»

Если кого обидел – извините и … думайте.

Никола Королев 55-ый.

Справка: Николай Валентинович Королёв (также известен как Никола и 55-ый; 31 марта 1981, Москва) — русский радикальный Национал-социалист, из казачьего старообрядческого рода, лидер и создатель ультра-правой террористической организации «СПАС», на счету которой многочисленные убийства инородцев, взрывы, в частности взрыв на Черкизовском рынке в 2006 году, унёсший жизни 14 нерусских. Осуждён на пожизненное заключение за организацию террористического сообщества и совершение ряда особо тяжких преступлений.

Источник - "Ассоциация Белых Политзаключенных и Военопленных имени Рудольфа Гесса" (http://rudolfhess.info/50-i-vnov-ob-ukraine.html)

Обзор СМИ: Димитрий Саввин: Крым: тест на национал-большевизм

Оригинал взят у stmvl в Обзор СМИ: Димитрий Саввин: Крым: тест на национал-большевизм
107532_300Верховная Рада Крыма объявила о намерении войти всем полуостровом в состав РФ «в качестве субъекта Федерации». Как и следовало ожидать, Рунет взорвался от восторга. Мол, ура, Путин вот-вот начнет войну и вот-вот присоединит Крым к России. (О том, почему этого почти наверняка не будет, разговор отдельный, интересующихся же отсылаю к заметке в моем блоге.)

Что ж, подобные восторги – дело ожидаемое. Нет ничего удивительного в том, что сейчас в экстаз впали путинисты всех мастей, а равно и национал-большевики (вроде самого известного национал-большевика современности Лимонова). Удивительно то, что некоторые люди, доселе позиционировавшие себя последовательными русскими националистами, к этим восторгам присоединились.

При этом сразу стоит оговориться. Есть вещи, в рамках русского националистического дискурса вполне очевидные, и спорить с ними едва ли разумно. Понятно, что Крым, с 1783 г. официально объявленный частью Российской Империи, является территорией, на которую исторически могли претендовать Россия, Турция, крымские татары, даже Греция – и лишь в последнюю очередь Украина. Не менее очевидно и то, что юго-восток современной Республики Украина, и в первую очередь, Крым (а в Крыму – в первую очередь, Севастополь) в этническом, культурном и религиозном отношении гораздо ближе к Великороссии, чем к Галичине.


И если бы сейчас Русское Национальное государство посчитало нужным так или иначе поддержать этнически русское население Крыма и Новороссии, то это было бы логично и правильно.

Чем же тогда плохи восторги?

Исключительно и только тем, что своего национального государства, которое бы защищало наши интересы, у нас, у русских, нет. У государственного образования «Российская Федерация» интересы свои и вполне антирусские, что в очередной раз было наглядно продемонстрировано как раз в канун крымских событий. Продление абсолютно незаконного содержания в СИЗО русскому активисту Даниилу Константинову, отказ в помиловании русскому офицеру Сергею Аракчееву, активная подготовка к принятию закона «об упрощенном получении гражданства» для «соотечественников» из бывшего СССР (то есть на практике – главным образом для жителей Средней Азии и Закавказья)… Все слишком очевидно, чтобы об этом в миллионный раз много говорить.

Немного пофантазируем и представим, что нынешняя антирусская система под названием РФ действительно возьмет и аннексирует Крым. Чем обернется такого рода «помощь» живущим там русским?

Картинка выходит интересная. Русские обитатели Крыма получат все блага, которыми мы в РФ давно уже наслаждаемся: возможность быть осужденным на год и десять месяцев колонии строгого режима за комментарий в социальной сети по печально знаменитой 282 статье или сесть в тюрьму за участие в демонстрации – демонстрации, на фоне уличных манифестаций в нынешнем Крыму, совсем уж травоядной. Нет сомнений, что российский Крым очень понравится мигрантам из Средней Азии, которым скоро, похоже, просто начнут раздавать российское гражданство. Вместе с крымскими татарами при поддержке Турции и братского по вере Северного Кавказа они смогут воссоздать чудную атмосферу средневекового Крымского ханства. Сие ханство в свое время было известно как своеобразный рабовладельческий хаб, который поставлял славянских рабов в Османскую империю. Сейчас эта отрасль экономика подзабыта, но и в этом деле Российская Федерация сможет оказать крымчанам помощь – судя по всему, рабовладение в Дагестане стало уже значимым элементом местной экономики. Трудящиеся рабовладельческого сектора, несомненно, не откажутся поделиться опытом с крымскими коллегами… А самое главное, после того, как Крым станет частью РФ, этнически русские (как и во всей остальной РФ!) сразу же станут в любом споре и в любом конфликте по определению виноватой стороной. Иначе говоря, в отношении русских крымчан, как и ко всем русским в РФ, начнет действовать фактическая презумпция виновности, как говорится, со всеми вытекающими. Нынешние столкновения с крымскими татарами покажутся тогда легкой разминкой (кто не верит, может спросить у русских, живущих на российском Северном Кавказе, как там обстоят дела).

Наверное, стоит задаться вопросом: можно ли ТАКОЕ воссоединение рассматривать как «помощь» и «возвращение в Отчизну» русских людей? Не слишком ли похожа путинская версия Отчизны на концентрационный лагерь с садистом-комендантом во главе?

Вполне исчерпывающие ответы на эти вопросы дает история XX столетия. В 1939-40 гг. сталинский СССР существенно округлил свои владения, присоединив к ним ряд территорий, ранее входивших в состав Российской Империи. Тут был и кусочек Финляндии (полностью отхватить не удалось), и Эстония, Латвия и Литва, и белорусские земли, и Западная Украина, и Бессарабия с Северной Буковиной. Советская пропаганда тех лет активно нажимала на то, что идет освобождение братских народов не только от капиталистического, но и от иноземного ига (на эту педаль, правда, давили не столь активно, но все же давили). И что касается иноземного ига, то подобные заявления не были совсем безпочвенны – не будем забывать, что кафедральный православный собор во имя Св. Александра Невского в Варшаве разрушили по распоряжению вполне независимых и национальных властей Второй Речи Посполитой. (Всего же православных церквей поляками было уничтожено по имеющимся данным около 800.) Это помимо политики полонизации и т.д. и т.п.

И в тогдашних сталинских завоеваниях можно было, при желании, усмотреть и нечто положительное. Например, присоединение новых территорий, в значительной степени населенных православными, привело к некоторому повышению статуса Русской Православной Церкви (точнее, той ее части, которую возглавлял Митрополит Сергий (Страгородский)). Ибо во многих местах красноармейцев тамошние священники встречали с крестом в руках и под звон колоколов, и в условиях массовой религиозности новоприсоединенных областей начинать с тотального уничтожения этих самых священников было не совсем удобно. В силу этого, какие-то, пусть и ничтожные, послабления получила Церковь в СССР в целом. Учитывая, что еще за несколько лет до этого была поставлена цель искоренить всякую религию в Советском Союзе, это было совсем немало.

Однако тогдашние русские правые по этому поводу никакого восторга не выказывали. И причина была проста: для национально-ориентированной части русской эмиграции СССР был образованием совершенно чуждым и абсолютно враждебным исторической России. И потому восторгаться успехами СССР – было все равно что за 700 лет до того восхищаться тем, как «наша» Золотая Орда (ведь Русь тогда была ее частью) бьет римокатоликов, дойдя аж до Адриатики! Что ж, и Орда дошла до Чехии, и СССР захватил Западную Белоруссию с Западной Украиной… Но причем здесь Россия и русские?

Советская власть в 1939-41 гг. очень наглядно показала, что не причем, сразу же после присоединения новых территорий развернув террор против проживавших там белоэмигрантов и вообще «неблагонадежных» русских людей. Можно долго спорить о том, насколько дружественными по отношению к русским были довоенные Рига и Таллинн, но факт остается фактом: именно там многие русские люди, вынужденные бежать от большевиков, нашли себе прибежище. А «воссоединение» обернулось для них расстрельным приговором.

Путинский необольшевицкий режим, несомненно, несколько мягче сталинского (хотя, как говорится, это дело наживное!). Но то, что он враждебен русскому народу – очевидно. В этой ситуации, радостно требовать ввода путинских войск в Крым – это все равно, что требовать, будучи в концлагере, арестовать оставшихся на свободе родственников и друзей. Мол, воссоединимся в лагерном бараке, вместе будем баланду кушать, лес валить…

Наверное, для вменяемого человека все-таки логичнее помогать своим близким остаться на свободе, а не сесть в тюрьму. Точно также и для националиста радоваться тому, что враждебный интернациональный антирусский режим, который в 1917-1922 гг. оккупировал большую часть его Родины, в 2014 г. вновь оккупирует еще одну ее часть – не просто глупо, но аморально.

В этом смысле, отношение к вводу путинских войск в Крым стало универсальным тестом, который позволяет каждому человеку, причисляющему себя к русским националистам, точно выяснять, в действительности ли он русский националист. Или же, на самом деле, является национал-большевиком – сторонником путинского неосоветизма, для которого первичен не русский народ и историческая русская национальная идентичность, а любое, абы какое, государственное единство и абстрактная «земля». Проба Крымом – проба надежная, проба делом, проба самой жизнью. Можно изображать из себя аристократическую аристократку с бокальчиком шабли в руках или русского барина с декоративной палкой, можно до хрипоты орать о своей верности идеалам Белого движения, но… Но вот главный враг русского народа готовится сожрать еще часть некую этого народа – и вы бежите, бежите со всеми своими аристократическими шабли, палками и папахами, его приветствовать. И все становится ясным: болезнь национал-большевизма, до этого, подобно сифилису, находившаяся в скрытой стадии, становится очевидной. Причем для всех.

Опять же, за последние сто лет это далеко не первый случай. Еще в Первую Гражданскую войну некоторое количество белых сознательно перешло на сторону Красной армии, когда Врангель начал совместное с поляками наступление на большевиков. Мол, как же так, с поляками-русофобами – и на как бы своих. Как бы свои шанс не упустили и в скором времени превратили Крым в огромный расстрельный полигон для белых и «буржуазии». Потом были царесоветчики и национал-большевики, была «смена вех», а после 1945 г. немало эмигрантов вернулось, как им казалось, на Родину – и многие приехали сразу в лагеря. Впрочем, некоторым не дали доехать и до лагеря, расстреляв по дороге, где-нибудь в Восточной Европе.

Каждый раз после очередных разбитых надежд с расстрельным продолжением энтузиасты «воссоединений» и приверженцы идеи «национальной эволюции власти» предпочитали, как минимум, отмалчиваться. Уверен, что очень скоро многим из тех, кто уже бежит с цветами поздравлять путинских «зеленых человечков», тоже придется отмалчиваться – как минимум. (Говорю сейчас о людях более или менее честных, медийные проститутки, конечно, в счет не идут.) Также уверен и в том, что присоединись Крым сегодня к РФ, через два года большинство нынешних крымских путинистов будут рвать в клочья свои георгиевские ленточки и требовать «вернуть все взад», на кухне ругать «клятых москалей» и шепотом петь «Ще не вмерла…».

И вот этого хочется менее всего. Ибо в очередной раз за преступления большевиков и необольшевиков и восторги «полезных идиотов» придется расплачиваться русским.

И вот об этом тем националистам, кто не прошел крымский тест на национал-большевизм, следовало бы задуматься.

Димитрий Саввин
для сайта ronsslav.com

Виктория Ванюшкина. Юлиус Эвола - воин Традиции.

"Если уж и приходится упоминать какие-то автобиографические моменты, я предпочел бы свести их к необходимому минимуму"
Ю. Эвола

Барон Юлиус (Джулио Чезаре Андреа) Эвола родился в Риме 19 мая 1898 г. в аристократической семье, имеющей далёкие испанские корни (родители: Франческо и Кончетта Франджипане).

О его детстве и юности известно сравнительно немного, что, впрочем, не удивительно, поскольку сам Эвола отрицал какое-либо влияние внешних факторов на своё творчество, считая себя скорее проводником определённых идей, нежели литератором или философом в современном понимании.

Он говорил, что его жизнь предопределили две внутренние склонности, проявившиеся в нём с самых ранних лет, а именно: тяга к трансцендентному и предрасположенность к кшатрийскому образу действия. В своей автобиблиографической книге "Путь киновари" он писал: "Вполне очевидно наличие определённой противоположности этих двух склонностей. Если тяга к трансцендентности порождала чувство отрешенности от реальности…, то кшатрийская позиция влекла меня к действию, свободному утверждению, сосредоточенному на Я. Возможно, примирение этих двух стремлений стало главной экзистенциальной задачей всей моей жизни... В идейном плане их синтез лёг в основу особой формулировки, данной мною в последний период моей деятельности понятию "традиционализм", в противоположность его более интеллектуалистскому и провосточному пониманию, присущего течению, возглавляемому Рене Геноном".

На первых порах, эта раздвоенность проявилась в увлечении, с одной стороны, точными науками - он поступил на инженерный факультет Римского университета (который успешно окончил, но отказался от получения диплома, питая презрение ко всем академическим званиям. Объясняя причину отказа, он цитировал слова одного своего знакомого: "Я делю мир на две категории: знать и людей, имеющих диплом"), с другой - искусством (писать картины он начал в 1915 г., стихи - в 1916 г.) Поначалу он был близок футуристам: дружил с Маринетти, Балла, Прамполини и Деперо, но уже тогда разрабатывал свой стиль, который определял тогда как "сенсорный идеализм". В апреле 1919 г. он принял участие в Футуристической национальной выставке, организованной Маринетти, в 1920 г. - в женевской Международной выставке современного искусства. Но уже тогда выявились определённые расхождения во взглядах как на искусство, так и на политику. Окончательный разрыв произошёл перед началом первой мировой войны, когда футуристы заняли активную антигерманскую позицию, тогда как Эвола уже тогда предчувствовал, что за внешними причинами этой войны скрывалось первое наступление демократических идеологий против иерархических ценностей. Несмотря на это, закончив курсы по подготовке артиллерийских офицеров, он отправился на фронт. Его позиция располагалась в горах, и, возможно, именно оттуда он вынес своё увлечение горами и альпинизмом как особым мистическим опытом.

После войны Эвола возвращается к искусству, но на этот раз сближается с дадаистами, к которым его привлёк "радикальный импульс к абсолютному освобождению... не только в области искусства, но прежде всего в мировоззренческой сфере", как он сформулировал это в письме к Тристану Тцаре от 5 января 1920 г. В это время он определяет свой стиль как "мистический абстракционизм". К этому периоду относятся две его персональные выставки (январь 1920 г. в Риме и январь 1921 г. в Берлине) и публикация его первой книги "Абстрактное искусство", в которую были включены отдельные поэтические и художественные произведения, а также давалось теоретическое обоснование абстрактного искусства и, в частности, дадаизма.

В том же 1920 г. вместе с поэтами Фиоцци и Кантарелли он основывает журнал "Bleu", выходивший в течение года (3 номера), сотрудничает с "Cronache d'attualita" ("Хроники современности") под руководством Брагальи и с журналом "Noi" ("Мы"), издаваемом Прамполини. В июне 1921 г. участвует в Салоне Дада в Париже.

К этому же "артистическому" периоду (с 1916 по 1921 гг.) относятся несколько стихотворений (изданных в 1969 г. в Милане под названием "Raaga Blanda"), поэма на французском "Тёмные слова внутреннего пейзажа" (изданная в 1920 г. тиражом 99 экз.), несколько статей и множество картин (некоторые его работы привлекли внимание Сергея Дягилева и были использованы как декорации к балету Дебюсси).

Эвола никогда не отказывался ни от чего созданного в молодости, хотя и считал, что автор тех юношеских произведений был давно уже мёртв. К поэзии он уже не возвращался, но восстановил заново некоторые из своих ранее проданных полотен, одно из которых ("Внутренний пейзаж, 10 ч. 30 мин.") сегодня находится в Национальной галерее современного искусства в Риме. Другие его работы хранятся в различных музеях и частных коллекциях.

Однако, несмотря на достигнутое признание в качестве художника, послевоенные годы стали для него временем тяжёлого кризиса. В "Пути киновари" он пишет: "по мере моего развития, во мне обострились нетерпимость к обыденности послевоенной жизни, чувство несостоятельности и тщетности целей, которыми обычно движется человеческая деятельность. Во мне нарастала ещё неопределенная, но постоянно усиливающаяся тяга к трансцендентному". Это смутное беспокойство и недовольство подталкивает его к употреблению наркотиков, которые, как ему казалось тогда, помогли бы преодолеть ограниченность обычного восприятия реальности, выйти за пределы физических чувств. Однако, вместо расширения реальности, он решает покончить с жизнью.

К счастью, ему в руки попадает один буддийский текст, где он читает следующие слова Будды: "Кто принимает угасание как угасание и, приняв его как таковое, тревожится об угасании, думает об угасании "это мое угасание" и радуется угасанию, тот, говорю я, не ведает угасания". Позднее Эвола вспоминал: "Это было для меня как внезапный свет, в этот момент во мне что-то изменилось, и возникла твёрдая уверенность в способности противостоять любому кризису".

Этот опыт знаменовал собой новый период его жизни - "философский" (именно тогда он меняет свое имя на Юлиус). Он увлекается восточными учениями, издаёт Лао-Цзы со своими комментариями под названием "Книга Пути и Добродетели" (1923 г.), а позднее пишет книгу, посвящённую тантризму, - "Человек как воля" (1926 г.).

Впрочем, интерес к философии не оставлял его никогда. Ещё на фронте в 1917 г. он начинает писать свою книгу "Теория и феноменология абсолютного индивидуума" и завершает её в 1924 г.; первая часть книги ("Теория...") выходит в 1927 г., а вторая ("Феноменология...") - в 1930 г. Основной темой Эволы становится преодоление раздвоенности Я/не-Я, выход за рамки узко рационального уровня и прорыв к священному, но уже не за счёт сомнительных экспериментов с наркотиками, чаще продиктованных собственным бессилием, сколько за счёт строгой дисциплины ума. Если Я полагается абсолютным идеализмом как активный принцип реальности, то критерием истины становится воля. Необходимо дать эмпирическому Я средства для становления абсолютным индивидом, что однако достигается не через внутреннюю необходимость, как у Гегеля, а через акт абсолютной свободы.

Наряду с этим, Эвола начинает посещать различные круги "спиритуалистической" направленности, знакомится с последователями Джулиана Креммерца, антропософами и теософами. Одновременно берёт своё и молодость. Хотя сам Эвола избегал разговоров о своей личной жизни, дотошные биографы умудрились отыскать свидетельства его юношеских увлечений в романе писательницы Сибиллы Алерамо "Люблю, следовательно, существую".

В эти годы разворачивается и активная публицистическая деятельность Эволы: с 1924 г. он сотрудничает с журналами "Atanor" и "Ignis", под руководством Артура Регини - признанного главы итальянского пифагорейства - занимаясь темами, преимущественно связанными с востоковедением и спиритуализмом. Он знакомится также с герцогом Джованни Колонна ди Чезаре, главой демократическо-социальной партии, и пишет для его издания "Демократическое государство" свою первую политическую статью "Государство, власть, свобода". Естественно, ничего хорошего по поводу демократии Эвола сказать не мог, и статья получилась разгромной, на что его друг философски заметил, что именно в этом и состоит привилегия "демократической свободы".

С 1923 г. Эвола печатается также в журнале неоспиритуалистического направления "Ultra", возглавляемом Д. Кальвари, главой римской независимой теософской ассоциации. В конце того же года он начинает публиковать свои статьи в "L'Idealismo realistico" ("Реалистический идеализм"), где вступает в полемику с Рене Геноном по поводу его работы "Человек и его становление согласно Веданте", которую Эвола оценил отрицательно, упрекнув Генона в излишне рациональном подходе.

В 1925 г. выходят "Очерки о магическом реализме" и уже упомянутая книга "Человек как воля", которые в некотором роде знаменуют его окончательный отход от "спекулятивной философии". Начиная с последней книги, Эвола переходит к последовательному изложению традиционных учений и их преломления в конкретных областях истории и политики. Уже в ней он намечает вопросы, которые будет более подробно развивать в своих дальнейших трудах: критика современного научного познания, утилитарно-демократического идеала, ведущего человека к отчуждению, потере собственного внутреннего центра. Он видит в тантризме героический тип, нацеленный на пробуждение воли, преодолевающей оппозицию добра-зла, добродетели-вины. Для него это учение является одной из форм утверждения аристократической морали, "человека, имеющего в себе свой собственный закон".

К концу 1926 г. развитие этих идей приводит к созданию "Группы Ур", интеллектуального объединения, занимающегося изучением эзотерических и инициатических учений. Как объяснял Эвола: "Слово ур взято от древнего корня слова "огонь", а также имеет дополнительный оттенок в смысле "первозданного", "изначального"". Задачей группы стало изучение эзотерических и инициатических учений, с особым упором на практический, опытный аспект. С 1927 по 1929 гг. под руководством Эволы выходит серия ежемесячных монографических изданий, сначала под названием "Ур", а позже "Крур", которые в конце каждого года объединялись в сборник, выходящий тиражом 50 экземпляров, а позднее вошли в состав трёхтомника "Введение в магию, как наука о Я" (1955-56 гг.). Одним из требований, предъявляемых к авторам издания, была анонимность. К концу второго года в группе произошел раскол, который Эвола отчасти приписывал влиянию масонов, отчасти неприязни к нему со стороны отдельных деятелей фашистского режима, некоторые из которых даже пытались убедить Муссолини, что члены группы занимаются черномагическими операциями, направленными на устранение Дуче.

В 1928 г. Эвола начинает сотрудничать с журналом "Critica fascista" ("Фашистская критика"), возглавляемом Дж. Боттаи (с которым они познакомились во время войны), в основном посвящая свои публикации проблемам фашистской этики и отношениям между фашизмом и христианством. Свойственное тому времени сугубо отрицательное отношение Эволы к христианству, естественно, вызвало недовольство среди многих фашистских иерархов, стремящихся к сотрудничеству с церковью. Развернувшаяся полемика подтолкнула Эволу к написанию "Языческого империализма" (1928 г.), где он категорически отвергал христианство как несовместимое с имперской идеей (в 1933 г. эта книга вышла в немецком переводе в исправленной редакции). Позднее его отношение к католичеству значительно смягчилось, и он скептически оценивал эту работу, не желая её переиздания.

Приблизительно в то же время Эвола ведёт активную переписку с Дж. Джентиле (1927-1929 гг.) и Бенедетто Кроче (1925-1933 гг.). С первым он сотрудничает в издании "Энциклопедии Треккани", для которой пишет статьи о герметизме, со вторым его сближает интерес к философии.

В 1930 г. Эвола вместе с несколькими друзьями (среди которых, например, Эмилио Сервадио, отец итальянского психоанализа) приступает к издания журнала "La Torre" ("Башня") с подзаголовком "издание различных мнений и единой традиции". В статье, опубликованной в первом номере, Эвола заявлял, что журнал намерен "отстаивать принципы, которые для нас остаются неизменными, независимо от того находим ли мы их в фашистском строе или в коммунистическом, анархическом или демократическом. Сами по себе эти принципы превосходят политический уровень, однако применительно к нему требуют качественного различения, то есть утверждения идей иерархии, авторитета и империи в самом широком смысле". Для того времени издание выглядело довольно необычно, допуская порой исключительное свободомыслие. Так например, когда кто-то заметил, что утверждаемые им положения не принадлежат Муссолини, последовал ответ: "Тем хуже для Муссолини". Всего до 15 июня 1930 г. вышло 10 номеров журнала, после чего издание было приостановлено. Для официального его закрытия повода не было, поэтому недоброжелателям пришлось действовать косвенным путём: всем типографиям было дано негласное распоряжение отказаться печатать журнал.

Позднее Эвола писал: "Это была ещё одна попытка выйти на культурно-политический уровень. Отказавшись от излишне экстремистских и плохо продуманных тезисов "Языческого империализма", я обратился к идее "Традиции", мне хотелось понять может ли эта идея оказать влияние на итальянские круги, вне узких рамок специализированных исследований".

После этого Эвола на некоторое время уединился в горах, где полностью отдался альпинизму, которым он не прекращал заниматься с 20-х годов. А сразу по возвращении он публикует две новые книги - "Герметическая традиция" (1931 г.), посвященную магическому, эзотерическому и символическому аспекту алхимии, и "Личина и лик современного спиритуализма" (1932 г.) с критикой таких движений как спиритизм, теософия, антропософия, психоанализ и сатанизм, которые, по его мнению, вместо того, чтобы возвысить человека над материализмом, увлекают его на ещё более низкий уровень.

В 30-х годах, уже несколько пересмотрев свои взгляды на христианство, он предпринимает несколько попыток ознакомится с католической традицией, некоторое время прожив инкогнито при монастырях различных орденов старого уклада: картезианцев, кармелитов и бенедиктинцев. Этот опыт позволяет ему оценить изначальное христианство как "отчаянный и трагический путь к спасению", но этот путь не для него.

После неудачи с изданием "Башни", Эвола начинает писать для официальных фашистских изданий: "La Vita Italiana" ("Итальянская жизнь") Джованни Прециози и "Il Regime Fascista" ("Фашистский строй"), руководимом Роберто Фариначчи, где с 2 февраля 1934 по 18 июля 1943 гг. он ведёт особую страницу под названием "Философская диорама", посвящённую изучению "проблем духа в фашистской этике", и привлекает к сотрудничеству многих итальянских и зарубежных авторов (от Копполы до Генона, от Фанелли до Поля Валери, от Тиглера до Шпана и Бенна). Основной задачей является пропаганда аристократического, антибуржуазного и традиционного мировоззрения.

В 1934 г. выходит главный труд Эволы "Восстание против современного мира" (как сказал о нём известный немецкий поэт и критик Готфрид Бенн: "прочтя его, ощущаешь себя преображённым"), где автор восстанавливает "мир Традиции" и прослеживает генезис "современного мира". Его работа в целом была одобрена и Рене Геноном, который ознакомился с ней ещё в черновом варианте. Книга разбита на две части: первая посвящена рассмотрению "категорий традиционного духа": царственности, закону, государству, империи, обряду и инициации, патрициату и рыцарству, кастам, пространству, времени, земле, отношениям между мужчиной и женщиной, войне, аскезе и действию. Вторая часть содержит "толкование истории на традиционной основе с опорой на миф". Книга строится на противопоставлении мира Традиции и современного мира, где последний рассматривается как железный век, время кали-юги, когда порядок уступает хаосу, дух - материи, человек скатывается к животному, а миром правят золото и массы. Спустя три года выходит книга "Тайна Грааля", посвящённая "гибеллинской традиции Империи" и её развитию в политических воззрениях различных исторических периодов.

В 1934 г. "Языческий империализм" переводят в Германии, после чего Эвола получает приглашение выступить в Берлине и Бремене. Позднее по приглашению Гиммлера он читает курс лекций для членов СС, сотрудничает с различными немецкими изданиями ("Der Ring", "Europaische Revue", "Geist der Zeit", "Die Aktion - Kampfblatt fur das Neue Europa") и завязывает широкие контакты с представителями европейского правого движения: Келлером, де Лупе, Шпаном, Розенбергом, Кодряну и Элиаде (у первого он во время поездки в Румынию в 1938 г. берёт интервью, со вторым его знакомит в Бухаресте учитель Элиаде, Ионеску). Он продолжает активное сотрудничество с различными итальянскими изданиями, такими как "Roma", "Il Popolo d'Italia", "La Stampa", "Educazione fascista", "Logos", "La Difesa della razza", "Rivista del Club alpino italiano" и т. д. ("Рим", "Народ Италии", "Печать", "Фашистское воспитание", "Логос", "Защита расы", "Журнал альпийского итальянского клуба").

В это же время выходят его работы, посвящённые расовому вопросу: "Три аспекта еврейского вопроса" (1936), "Миф крови" (1937); кроме того, по приглашению министра Боттаи он читает цикл лекций в миланском и флорентийском университетах. В продолжение темы выходят книги "Указания по расовому воспитанию" (1941) и "Синтез расовой доктрины" (1941) (последняя из которых попала в руки Муссолини, после чего он пригласил Эволу к себе, чтобы высказать своё одобрение). Последний так рассказывает об этом эпизоде: "Я не ожидал, что Муссолини захочет говорить со мной лично. Меня проводил к нему Паволини, который присутствовал при нашем разговоре. Муссолини сказал мне, что прочёл мою работу... и видит в изложенных в ней идеях основу для придания формы "независимому и антиматериалистическому фашистскому расизму"". Позднее эта работа была переведена на немецкий как отражающая официальную фашистскую позицию по расовому вопросу.

Однако взгляды Эволы, который делал упор на "внутреннюю", "духовную расу", во многом расходились с узко-биологическим толкованием расы, свойственным нацистам. Совместный проект по изданию немецко-итальянского издания "Кровь и дух" не получил развития, с одной стороны, ему опять воспротивились старые противники Эволы: на совместной встрече с Муссолини иезуит Такки-Вентури указывал, что взгляды, выдвинутые Эволой, могут привести к конфликту с Церковью (что и заставило Дуче отказаться от проекта), с другой стороны, немцы, хотя и проявили немалый интерес к идеям Эволы, парадоксальным образом, усмотрели в его работах "тождественность взглядов автора и римско-католической Церкви".

В 1940 г., после вступления Италии в войну, Эвола обращается с просьбой об отправке добровольцем на Восточный фронт, но ответ на его запрос приходит слишком поздно. Сам он считал, что эта задержка была вызвана тем, что он не был членом фашистской партии.

После переворота против Муссолини 25 июля 1943 г. Эвола, поначалу не желавший покидать Италию, принимает приглашение немецкой стороны и в августе приезжает в Берлин. Он присутствует на встрече с Муссолини, освобождённым Скорцени, в штаб-квартире Гитлера, затем возвращается в Рим, но оккупация Италии союзниками заставляет его перебраться сначала на север Италии в новообразованную республику Сало, а затем в Вену, где он по просьбе СС занимается изучением реквизированных документов масонских организаций.

В том же 1943 г. выходит в свет "Доктрина Пробуждения" с подзаголовком "Очерки о буддистской аскезе", позже переведённая на английский под патронажем "Общества Пали", известного буддийского центра. В буддизме, как и в тантризме Эволу привлекает "аристократический характер буддизма, наличие в нем мужественной, воинской силы".

В апреле 1945 г. в Вене Эвола попадает под бомбардировку, что приводит к повреждению позвоночника и, как следствие, к частичному параличу нижних конечностей. В книге "Путь киновари" он писал: "по правде говоря, это происшествие не было лишено связи с тем правилом, которому я всегда следовал: не уклоняться от опасности, но напротив, искать её, бросая безмолвный вызов судьбе", а позднее, в одной из бесед признавался, что во время бомбардировок, вместо того, чтобы укрыться в убежище, он прогуливался по пустынным улицам Вены. Оказавшись в госпитале и придя в себя, он первым делом спросил: "я надеюсь, с моим моноклем ничего не случилось?". Проведя два года в венском госпитале, в 1948 г. при посредничестве Международного Красного Креста его переводят сначала в Болонью, а затем в 1951 г. он возвращается в свою римскую квартиру, где и прожил до самой смерти.

В послевоенный период Эвола перерабатывает свои старые работы, в 1949 г. публикует новое издание "Йоги воли" (первое издание носило название "Человек как воля"), а также пишет новые книги, основной темой которых становится проблема образа жизни и мировоззрения в новом, послевоенном мире. В то же время его ранние произведения открывают для себя молодые итальянцы, принадлежащие к "поколению, не успевшему проиграть войну", которые находят в нём своего наставника. Именно для них Эвола пишет в 1950 г. небольшую работу под названием "Ориентации" , где кратко указывает основные направления возможного культурно-политического действия. В результате в октябре 1951 г. он оказывается втянутым в судебный процесс над группой FAR ("Фасции революционного действия") и около месяца проводит в тюрьме как "активный вдохновитель" и "апологет фашизма". На суде Эвола выступил с речью в свою защиту: "Я заявил, что приписывать мне фашистские идеи нелепо, ибо отстаиваемые мною принципы… принадлежат великой европейской политической традиции… и я готов отстаивать правые взгляды на доктрину государства. Вы вольны осудить эти взгляды, но в таком случае на скамье подсудимых должны оказаться вместе со мной Платон и Меттерних, Бисмарк и Данте и т. д.". Обвинение было снято.

В 1953 г. публикуется книга "Люди и руины" , где Эвола развивает положения, ранее изложенные в "Ориентациях" .

В вышедшей в 1958 г. книге "Метафизика пола" он обращается к вопросам пола, любви, взаимоотношений между мужчиной и женщиной, а в работе "Оседлать тигра" (1961 г.) затрагивает проблему экзистенциальных ориентиров. Затем следуют очерк, посвящённый идеям Юнгера, "Рабочий в мировоззрении Эрнста Юнгера" (1960 г.), биографическо-библиографическая книга "Путь киновари" (1963 г.), работа, посвящённая критическому анализу фашизма и национал-социализма "Фашизм с точки зрения правых" (1964 г.), сборник эссе "Лук и булава" (1968 г.) и дополненное переиздание юношеской дадаистской поэзии "Raaga Blanda" (1969 г.). Помимо того, Эвола продолжает свою журналистскую и переводческую деятельность, публикуясь в различных нонконформистских и оппозиционных изданиях: "Il Ghibellino", "Vie della tradizione", "Ordine nuovo", "Il Borghese", "La Torre", "La Destra (organo dell'Istituto per il Medio ed Estremo Oriente)" ("Гибеллин", "Пути Традиции", "Новый порядок", "Правое движение"), а также в более специализированных изданиях, таких как "East and West" ("Восток и Запад"), издании института по изучению Среднего и Крайнего Востока, и международном журнале "Antaios" ("Антей"), возглавляемом Мирчей Элиаде и Эрнстом Юнгером.

Все эти годы, несмотря на свое физическое состояние, Эвола продолжает вести активный образ жизни. Его навещает множество посетителей, привлечённых его работами. Адриано Ромуальди так описывает Эволу в те годы: "Кто приходил к Эволе в надежде увидеть вдохновенного пророка, говорящего загадками, некого "гуру", уходил разочарованным. Их встречал господин с волосами чуть тронутыми сединой, крепкого, несмотря на неподвижность, телосложения, утончённый и радушный в общении, с любознательным, умным, внимательным взором. Он выглядел скорее аристократом, чем святым, а несколько старомодная изысканность его манер вызывала в воображении фигуру философа и путешественника восемнадцатого века. Однако, приглядевшись, вы замечали, что его внимательность была признаком постоянной пробуждённости, свойственной человеку с отменным самообладанием".

Но Эвола оставался "запретным" философом вплоть до 1968 г., когда прокатившаяся по всей Европе волна бурного протеста молодёжи против "общества процветания и потребления" неожиданно как для издателей, так и для самого автора, вызвала рост интереса к идеям Эволы. Для правой молодежи его имя становится тем же, что имя Маркузе для левых. С этого времени его работы начинают регулярно переиздаваться и пользуются всё возрастающим спросом. Так появляются целые антологии его работ и сборники статей. В период с 1968 по 1974 гг. (год его кончины) вышли три новые книги Эволы (помимо уже упомянутых - сборник статей "Разведданные" (1974 г.)), множество переизданий, пять сборников, не считая множества интервью в газетах и на телевидении в Италии, Франции, Бельгии и Германии.

Однако тридцатилетняя неподвижность не могла не сказаться на его здоровье. В том же 1968 г. у него развивается острая сердечная недостаточность. В 1970 г. болезнь обостряется, начинается отёк легких, вследствие чего он впадает в кому. Характерно, что выйдя из комы он первым делом обратился к окружающим с вопросом: "Как я себя вёл?". Из больницы, куда его отправил один из его старых друзей, он буквально вырывается силой, пригрозив персоналу обратиться в полицию с заявлением о похищении человека.

Несмотря на это он не теряет бодрости духа, продолжает писать, даёт многочисленные интервью, подшучивает над собой и над молодыми искателями тайного знания. Когда его спрашивают, куда следует обратиться для изучения эзотерических учений, он с иронией говорит: "Если речь идёт о молоденьких девушках, вы можете найти их в моём доме".

Его состояние постоянно ухудшается, и он, прекрасно осознавая это, продолжает вести себя по-прежнему: каждый день, тщательно одетый, садится за письменный стол и работает. В конце мая 1974 г. он совсем ослабевает и понимает, что срок его земного пребывания близится к концу. Впрочем он и сам считал свою миссию завершённой: "Я всё сказал. Достаточно суметь меня прочесть". Пьер Паскаль вспоминает о последних днях Эволы: "Я рассказал ему, что последним желанием Генри де Монтерлана было, чтобы его сожгли, а пепел рассеяли недалеко от форума, между растрами и Храмом Весты. Тогда он, простёртый передо мной, с руками скрещёнными на груди, тихо, почти неслышно проговорил: "я хотел бы… я распорядился… чтобы мои останки захоронили высоко в горах"".

Во вторник 11 июня 1974 г. ранним утром Эвола, предчувствуя приближение смерти, попросил усадить себя за рабочий стол напротив открытого окна, выходящего на Яникул. В 3 часа дня голова его поникла, он больше не двигался. Так и нашёл его врач: сердечный удар.

В своём завещании, датированном "Рим, 30 января 1970 г." Эвола пожелал, чтобы его тело было кремировано, он воспрещал всякие проводы на кладбище, выставление в церкви, присутствие католических священников, "извещение о похоронах" в газетах. Кремация состоялась вечером 10 июля на кладбище "XIX secolo" в Сполето. По воле Эволы его прах был передан Эудженио Давиду, его товарищу по восхождениям в горы в тридцатые годы; часть была захоронена в расщелине ледника на вершине Монте Роза, часть развеяна по ветру.

Разными словами об одном и том же

Оригинал взят у a_v_s в Разными словами об одном и том же
Две цитаты.

Первая короткая. Из книги Б.Вудворда "Признание шефа разведки". В cостоявшейся 2 февраля 1981 г. беседе с директором ЦРУ Уильямом Кейси о событиях в СССР глава Разведуправления министерства обороны Юджин Тай посетовал на:

"...продолжающееся самоокапывание советского руководства. Россия становится классовым обществом. Около трех тысяч семей образовали элиту, и они хотят оставаться элитой..."


Вторая более развернутая. Из августовского поста Жарикова:

"...Тут надо хорошо понять, что «честных» выборов в рашковании не бывает. Просто потому, что боярская «давла» [ собственно «государство» в восточном понимании этого слова, кардинально противоположное цивилизованно-западному ] в «выборах» не нуждается вообще. Это такой карго-ритуал, где все его результаты определяются заранее, а вот сам ритуал может вестись либо подчёркнуто тщательно или подчёркнуто нелепо...

...надеюсь, заметили сходство
«давлы» с принципом управления Хазарским Каганатом, который иногда называют «комиссарским», где манагер из кшатриев – лишь публичная фигура, за которой «в его тени» стоят невидимые публике комиссары из брахманской касты. Таким комиссариатом в совдепии является т.н. Московский Штенд (это в политкорректной терминологии К. Шмитта), что в переводе на русский означает клуб прямых потомков Сосавших-У-Лукича™ - люди одной социальной крови или, как пел наутилус ртом певца-бутусова, © связанные одной цепью. Вот этот самый Московский Штенд и занимается здесь кадровой политикой, выдвигая менеджеров или задвигая их..."

союз нерушимый республик свободных

Оригинал взят у soz_data_ccount в союз нерушимый республик свободных

  …и в каждом слове – обратите внимание – вопиющая ложь: «союз» развалился от лёгкого дуновения ветра; считая конструкцию имперской, «свободные» республики убежали из него первыми, а «могучая русь» вообще никого «скрепить» не могла, поскольку через два поколения попросту вымерла. Ну, конечно же: мы все продолжаем жить в СССР и жуём его проблемы, однако, конец всем известен – поэтому и святую рашку, увы, ждёт то же самое.

союз нерушимый республик свободных Почему триэсерию не демонтировали? Потому что её демонтаж равнозначен катастрофическому прерыванию преемственности власти и, как следствие, изменению конфигурации страны, что, впрочем, частично произошло в 1991 году и стоило отцам-основателям святой рашки немалых денег. Тогда, если помните, буквально весь мир бросился собирать «оплот социализма» обратно и мирить охуевших местных этнократов.

Собссна, чему удивляться? Перестройка, а не демонтаж, – никто, как грицца, и не скрывал: горбачёвское «нигредо», ельциновский «винтаж» и окончательный ботоксный ребрендинг всё того же заскорузлого совка. Семейные «скрепы» попросту укрепили деньгами, и все дела.

Комменты здесь

Collapse )

счетчик посещений


Лемма-Жарикова™ на примере событий октября 1993 года.

Оригинал взят у soz_data_ccount в Лемма-Жарикова™ на примере событий октября 1993 года.

  Лемма-Жарикова™ Я уже подчёркивал, что позиция производителя хуяка в условиях давлы, то есть отсутствия нейтральных по отношению к асабиям институтов, гораздо выгодней позиции развешивателя пиздюлей, коим обозначена функция самого Носителя-Власти™, а потому актуальный на данный момент пул, как правило, предпочитает позиционировать себя под псевдонимом «оппозиции», и это при том, что никакой оппозиции в государстве восточного типа быть не может в принципе. Я это называю Парадоксом-Давлы™ или можете назвать сей феномен Леммой-Жарикова™, я не против.

Как известно, срок жизни давлы примерно равен средней продолжительности жизни коровы, а дальше конструкция переворачивается подобно песочным часам, и давла управляется новым актуальным пулом те же 25 лет до очередного переворачивания. Никакой «модернизации» ей не требуется, однако внешняя среда и способность к коммуникациям с государствами иного типа, требует от неё определённой гибкости в соблюдении мимикрии по отношению к карго, поскольку внешний «экспортно-импортный» язык это язык стато, а не внутренний язык давлы (мулк).

Вот как раз для достижения этой цели актуальный пул здесь репрезентирует себя не напрямую, а посредством команды нанятых топ-менеджеров (бригадиров-троянов), которым формально делегируется право на развешивание пиздюлей, что внешне и воспринимается как «власть». Но именно так – в кавычках. В дихотомии «архаисты – новаторы», бригадиры, безусловно, играют роль «новаторов», собственная репрезентативная практика которых позволяет власти-без-кавычек производить для себя индульгенции и обновлять адаптивные настройки без каких-то изменений по существу.

Комменты здесь

Collapse )



счетчик посещений

Всё, что вам надо знать о Чечне (видео)

Оригинал взят у shust50 в Всё, что вам надо знать о Чечне (видео)
Оригинал взят у mawgli в Всё, что вам надо знать о Чечне (видео)
Оригинал: Всё, что вам надо знать о Чечне (видео)

Напомним, что культ Кадырова-старшего в современной Чечне что-то вроде культа Ленина в СССР, государствообразующий миф. Его именем названо множество улиц, школ, мечетей (включая крупнейшую мечеть «Сердце Чечни», которая тоже имени Кадырова), его портреты висят на каждом углу, улица его имени есть даже в Москве (так что можно сказать, что задним числом Басаев все-таки победил — Москву они в итоге захватили). При этом нет ни одного текста или видео, где бы Кадыров-старший каялся за джихад и убийство русских. Его сын Рамзан также ни разу не осудил отца (см судьбы детей элиты Третьего Рейха, которые до конца жизни на коленях перед евреями стояли и прощения просили. Затем прощение продолжили просить внуки), а вопрос об этнических чистках русского населения в Чечне (то есть, геноциде) в принципе отсутствует в современном российско-чеченском дискурсе.

Некоторые сравнивают судьбу Кадыровых с имамом Шамилем (которого после сдачи Империи имперские власти окружили роскошью и почетом), забывая две важные вещи: 1. Имам Шамиль воевал с русской армией, в этнических чистках русского населения он не участвовал. 2. Шамиля увезли в Калужскую область, лишив всей реальной власти и превратив в актера пожизненного рекламного ролика «Преимущества сотрудничества, а не войны с Российской Империей». Имперского офицера, предложившего бы оставить Шамиля у РЕАЛЬНОЙ власти в Чечне, тут же казнили бы за государственную измену. А уж что бы сделали с офицером, не только оставившим Шамиля у власти, но и разрешившим иметь ему многотысячную личную гвардию из «шамилевцев», я даже боюсь и представить…

Мы проиграли Вторую Чеченскую. Мы в оккупации. По федеральным каналам показывают убийц нашего народа и говорят, что это герои. Наши улицы называют именами убийц нашего народа. Мы платим дань — не только деньгами, черт бы с ними, но и кровью случайных прохожих и стонами «неправильно» одетых девушек. Астахов предложил платить дань еще и детьми, отсылая русских сирот в Чечню, чтобы из них делали чеченцев — самих чеченцев пока еще слишком мало, чтобы установить прямой контроль над Россией. В как бы своей в как бы стране мы — никто, пыль под ногами джигитов. Они без грамма сомнений начали втаптывать в асфальт даже депутата Госдумы — и уж наверняка втопчут тебя, дорогой читатель. После чего их в худшем случае не найдут, а в лучшем — дадут пару лет срока, и через год выпустят по УДО. Обратно на улицу.

На улицу Кадырова.

Российская Федерация не наша страна. Чеченцы не наши сограждане. Есть только один способ вернуть национальное достоинство, прекратить платить дань кровью, деньгами и честью наших женщин. Отсоединить Чечню. Они же хотели свободы от России? Вот пусть её они наконец и получат — и плевать на все разговоры про развал государства и т.п. Если в государстве горец может безнаказанно вытереть об меня ноги, то пусть это государство горит синим пламенем вместе со всей своей улицей Кадырова.

Карфаген должен быть разрушен. Чечня должна быть отсоединена.